Page up
Page down

Arthurian cycle: modern myth

Объявление

КАТАЛОГИ
Palantir Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP COLOR FORUM Live Your Life

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Arthurian cycle: modern myth » Архив игры » Arthur and his little grey mystery; Eva, Arthur.


Arthur and his little grey mystery; Eva, Arthur.

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Участники: Eva Bran, Arthur Pendragon.
Внешний вид участников: под спойлером в первом посте.
Место: лес Аскетир.
Время: год 519-ый, лето.
Краткое описание: Двенадцатилетний сын короля - Артур - расстроен неудачами на тренировках. Ему хочется заслужить похвалу отца, выделиться, завоевать всеобщее уважение. Именно поэтому юный принц решается на отчаянный поступок - в полном одиночестве уезжает на охоту в лес Аскетир, прихватив с собой только оружие и пса из королевской псарни. Дичь юному принцу так и не попадается, но он встречает серьезную опасность на своем пути - молодую волчицу. Артуру удается ее подстрелить, но та оказывается не обычным зверем. Под личиной волка скрывается юная колдунья Ингрид. Принцу предстоит решить, как с ней поступить.
Очередность постов: Eva Bran, Arthur Pendragon.

+3

2

внешность и одежда

http://s3.hostingkartinok.com/uploads/images/2013/05/2cf15b0abf5d64fdd86bb87ad6c1580d.jpg

Не жаловаться и не ныть – даже если и на ногах ты вторые сутки и усталость мощными ударами молота выбивает остатки сил, даже если подушечки лап стерты в кровь, даже если ела ты неделю назад, и то это была какая-то припасенная под корягой дичь далеко не первой свежести. Если устала – найди пещеру или кустарник, где твоя черная туша не будет заметна; подушечки лап стерты – ты же маг-целитель, а значит залечить, по сути своей, царапины для тебя ничего не стоит; голодна – поймать свежую еду для огромного быстроного волка с отличными качествами охотника не составит труда.
Вот так и жила день изо дня колдунья Ингрид во время одного из своих бесконечных путешествий по туманному Альбиону. Хоть она и была весьма сведуща в лекарственной магии и в медицине вообще, а так же обладала достаточным запасом магических сил, на освоение заклинания перемещения ее сил и знаний не хватало – она даже не была уверена, что кто-нибудь успел создать такое заклинание. Так что приходилось передвигаться на своих двоих, а в нашем случае – на четырех. Волк в долгих переходах был намного выносливее человека, и Ингрид с радостью использовала эту часть себя в нужный момент. Но для всего есть предел, даже для выносливого и дикого зверя размером с лошадь средних размеров. Она слишком давно отдыхала и слишком долго бежала от погони, которую за ней устроили на границах королевства охотники деревень. Когда волчица подумала, что сумеет оторваться, как только покинет территорию их леса, она не понимала насколько жестоко ошибалась. Те люди из деревни упрямством могли помериться разве что с самой Ингрид и с завидным упорством и с вилами наперевес гнались за ней по лесам да полям. Да еще и кричали «ОБОРОТЕНЬ АААА УБИТЬ». Фу, какая невоспитанность. Ну и что, что оборотень была «несколько» крупнее обычного серого товарища – нельзя же сразу хвататься за факелы и вопить подобно резанным свиньям.
-А я ведь даже ничего у них не украла!-досадливо подумала Ингрид, хлестнув себя по бокам хвостом от обиды.
Отстали эти настырные люди не скоро, но все же это случилось, и девушке не было дела до того, какие причины заставили их повернуть назад. Главное было то, что она наконец-то могла вздохнуть спокойно и сбавить бешеный темп галопа на спокойную и легкую рысь. Дышалось ей тяжело, язык вывешивался из пасти, а бедные лапы дрожали от усталости и горели от напряжения. Ингрид сталкивалась с людским страхом и раньше, но столь яростного желания ее убить она ни разу не встречала, даже король Утер устроил гонения на все, чего когда-либо касалась магия. Что и говорить – времена настали нелегкие, и Ингрид приходилось переучиваться жить по-другому, опасаясь за каждый свой шаг, и следить за своим языком. Теперь каждое брошенное неосторожно слово могло навлечь на нее гнев короля, чего ей совсем не хотелось. Она могла себя защитить – когти и зубы, размером с кулак крупного мужчины, были все так же остры, как и столетие назад, а медицинская магия позволяла не только лечить людей, но и устроить остановку сердца, загустение крови, непроходимость дыхательных путей. И это уже умалчивается об обыкновенном поносе и головной боли. Но даже это не смогло бы ее спросить от целого отряда рыцарей Камелота с мечами в руках и закованных от пяток до макушки в железо. Тем более, Ингрид была миролюбивой и всегда старалась держаться мирно и терпеливо относительно даже самых невыносимых личностей и поэтому не могла даже испытывать ненависти к своему венценосному преследователю.  То ли знаменитое волчье нутро шалило, то ли воспитание и знания друидов давали о себе знать, но Ингрид была прочно уверена – за ожесточенной охотой на магов скрывается достаточно веская причина. Не тот Утер человек, что бы без всяких оснований устраивать кровавую резню в своем королевстве и воспитывать в своей народе страх и отвращение к магам. Колдунья имело на все свою точку зрения и, даже в такое трудное для магии время, несмотря на прямую смертельную угрозу для ее жизни со стороны УТера, она называла его своим королем, чем вызывала недовольство и даже ярость собратьев.
Ей бы сбежать прочь от Камелота и опасных земель, но что-то ее прочно держало в здешних местах. Что-то заставляло каждый раз возвращаться сюда и ходить ночами под стенами замка, напряженно вглядываясь в окна. Древняя магия друидов в ней прямо-таки кричала, что ей нужно остаться здесь, ей нужно было лишь дождаться своего часа и тогда она, может быть, станет частью самой невероятной истории, которую пока видел мир.
Вот и сейчас она рвалась под защиту стен замка – в лес за ним, где она спокойно могла передохнуть, набраться сил и отправиться в очередное путешествие. Она всегда сюда возвращалась, хоть никогда и не задерживалась надолго. На краю леса, чуть западнее от замка, у нее было облюбовано озеро, находившееся в низине и плотно укутанное колючим кустарником, да так, что и не всякий дикий зверь пройдет, только если не знает тропинки. А Ингрид знала – она же себе ее тут и прорубила. Ей нужно было отдохнуть и промочить лапы, а также залечить раны, а завтра с утра можно было и в путь-дорогу отправляться.

Отредактировано Eva Bran (2013-06-07 18:31:16)

+3

3

Внешний вид

Синяя простая рубашка,  кожаные шнурованные наручи, штаны из плотной ткани, сапоги.

Не жаловаться и не ныть! Даже если руки дрожат от усталости, когда надо поднять меч и броситься на более взрослого соперника, призванного тебя обучать, даже если доспехи царапают кожу и находиться в них под открытым солнцем невыносимо, даже если ни один прием пока еще не получается у тебя хорошо, даже если отец, пришедший на тренировку, разочарованно вздыхает и уходит, не дождавшись и окончания поединка, даже если все поединки заканчиваются тем, что ты лежишь на траве и пытаешься не разреветься, как девчонка. Не жаловаться и не ныть. Потому что ты – сын короля.
К вечеру Артур настолько обессилен, что не может пошевелиться. К нему заходит Леон, но увидев состояние принца, спешит покинуть его покои: не потому, что бессердечен, о, нет, а потому, что Артур не стерпит сочувствия в его взгляде. Принц сжимает кулаки – и это тоже дается ему с трудом – и решает, что непременно должен собраться с силами. Сейчас, вот сейчас. Сделать что-то, отчего взгляд  Леона наполнится восхищением, а взгляд отца – гордостью. И даже гордячка-Моргана не сможет найти повода упрекнуть его в несовершенстве. С этими мыслями Артур засыпает.
Сон принца беспокоен. Артур открывает глаза, когда только начинает светать. Все тело болит, беспокоят свежие ссадины. Артур поднимается и босиком идет к окну.
За стенами замка в предрассветной дымке чернеет лес Аскетир. Где-то на пороге осознаваемого рождается в голове королевского сына мысль, которая волнует все его существо своей простотой и емкостью.
Конечно, ну, конечно! – думает Артур, сбегая по каменной лестнице вниз, на ходу надевая рубашку и наручи. Как всё чудесно сложится, как будет рад отец! И это ничего, что я возьму Боя, разве же будет сердиться Хоб, и все они, когда узнают, что я сделал!
Артур замедляет шаг у дверей, опасаясь стражников, и бесшумно движется в сторону кухни: там, за кладовыми, есть выход для слуг.
Оказавшись во дворе, королевский сын спешит на псарню. Он задерживается у кречатни: вот бы взять Простака с собой! Но птиц тревожить сейчас не стоит, так можно выдать себя.
Бой встречает его лаем и бойко виляет хвостом, Артур обнимает его:
- Не шуми, Бой, тихо, тихо.
Пес вылизывает принцу ладони, и Артур хихикает.
- Мы пойдем на охоту, Бой. Только ты и я.

Если у принца и были сомнения, все они развеялись, когда, оказавшись за пределами замка, он дернул поводья у своей лошади и позволил ей скакать быстрее по траве, покрытой утренней росой, под веселый лай Боя.
- Гав! – крикнул Артур, подражая псу, и засмеялся. Под сенью деревьев Аскетира воздух был наполнен опасностью, тайной и свободой – и этот воздух был самым желанным для юного принца.

Минул час, когда первые восторги поутихли, и езда верхом начала казаться утомительной. Артур спешился  и привязал лошадь к дереву. Где-то рядом должно было быть небольшое озеро, где можно было бы набрать воды: фляга принца, так поторопившегося со своим приключением, оказалась пуста. Бой тоже свесил язык, тяжело дыша. Утренняя прохлада не спасала его от жажды.
Они медленно шли вдоль кустов, когда пес неожиданно зарычал. Артур взволнованно огляделся и достал лук и стрелу. Осторожно продвигаясь вперед, принц, наконец,  вышел к берегу озера.
Всё произошло очень быстро. Яростно рыча, Бой ринулся вперед, а потом послышался визг, и Артур увидел горящие глаза и черную шерсть, и, не задумываясь, выстрелил.

+3

4

Обычно, волчья половина Ингрид всегда была настороже – пока человеческая часть мозга отдыхаха, звериная всегда напряженно сканировала местность. Жизнь никогда не была легкой и беззаботной – охотники, случайные зеваки, крупные медведи… Да что угодно могло потревожить покой оборотня и она всегда старалась быть аккуратной. Не то что бы она была трусихой, но и в драку она никогда не лезла и, наоборот, старалась ее избежать. Когда живешь в мире, где даже то, что лишь издалека попахивает магией, сразу под фанфары ведется на эшафот, то невольно за долгие годы жизни оттачиваешь искусство выживания и самосохранения. Учишься подстраиваться под окружающий мир, учишься сдерживать клокочущую в грудной клетке ярость и желание порвать обидчика на носовые платки. По молодости, лет эдак в 150, Ингрид была ну очень несдержанной и один раз даже разворотила одну несчастную деревню до самого последнего курятника. Из мирного населения пострадала, испугавшаяся до инфаркта, бабулька с собачонкой, две куры и один барашек, а вот дома, грядки и урожай были безжалостно растерзаны и разворочены. Наставнице Ингрид потом пришлось две недели восстанавливать последствия неосторожности и «скуки» своей подопечной, а последняя, в свою очередь, слишком стыдилась своего поступка и потом сбежала от наставницы на месяц. Вернулась она, аки нашкодивший щенок – скуля и прижимая хвост к животу. Именно с того дня началась усиленная дрессировка волка, который засел у Ингрид где-то за печенкой. Если человек в ней все же понимал что такое хорошо, а что плохо, то волк явно сейчас переживал «отрочество» и пытался устроить бунт на корабле. Если это оставили бы без внимания, то наводила бы Ингрид сейчас ужас на всех жителей Туманного Альбиона, лакомясь невинными девицами на завтрак, закусывая стариками и запивая все кровью младенцев. Проще говоря, зверь внутри обязательно одержал бы верх и человеческая «крыша» помахала бы ручкой на прощанье. Ей настойчиво прививались такие качества, как осторожность, осмотрительность, сдержанность, самоконтроль и еще много цветочков из подобного букета. Метод был «нам пряник не нужен – кнута будет вполне достаточно», а, если быть точнее, дурь из ее волчьей башки наставница выбивала всеми мыслимыми и немыслимыми способами. В обиход шло все – от снадобий и заклинаний до поварешки и сковородки и не всегда первое оказывалось наиболее действенным. На воспитание «внутреннего зверя» ушло целых пятьдесят лет –были обиды, бунты, покусанные руки и погромы в доме, но строптивый характер зверя удалось победить и именно тогда Ингрид стала такой, какой вы ее можете сейчас видеть.
А вот сейчас обе половинки Ингрид отдыхали от постоянной напряженности и предавались лишь поглощению воды. Война войной, а вода по расписанию. Поэтому, когда на нее с визгом и рыком налетел пес. Сказать, что это было неожиданно - ничего не сказать. Взвыла Ингрид больше от изумления и обиды, чем от боли. Сидишь себе спокойно, водичку пьешь, а всякие безумные псины налетают на тебя, точно бешеные и давай драть твою и без того драную шкуру с завидным упоением и умением. Пес не рассчитал одного – волчица была не простая, а золотая – метра полтора с хвостиком в холке с большущими зубами и злющим взглядом. Ингрид попыталась сначала просто скинуть пса на землю, подскочив вверх, словно буйная лошадь, но животное оказалось на редкость сильным, цепким и не менее злющим. Острые зубы вцепились загривок и явно не намеревались отпускать свою законную добычу. Тогда Ингрид решила сделать кувырок через голову – пес оказался прижат к земле и, от нехватки выбитого из легких воздуха, разжал зубы и жалобно заскулил. Ингрид тут же слезла с незадачливого охотника и, яростно рыча, отскочила в сторону.
-Дурак! Я же его в лепешку превратить могла…
Мысль ей не дал закончить резкий свистящий звук и острая боль в районе лопаток. –Дьявол вас задери. Охотник! В столь ранний час! И чего тебе не спится в своей кроватке….- яростно подумала Ингрид и, не особо заботясь о сохранности своих лап, ломанулась, с треском и воем, через колючий кустарник, прочь от охотника. Ей бы убежать совсем подальше, но она была обессилена долгой дорогой, трепкой от назойливого пса (стыд-то какой) и стрелой, больно зудящей в в ужасном шраме на лопатках. Так что далеко пробежать ей не удалось – она рухнула неподалеку, как подкошенная и тихо заскулила.
-Вот бы все закончилось. Больше не хочу. Больно.

+3

5

С минуту Артур пытался успокоиться и выровнять дыхание. Ни разу еще не случалось ему оказаться один на один с волком. Королевского сына всюду сопровождали рыцари Камелота, готовые в любой момент защитить принца ценою собственной жизни. И вот, впервые оказавшись вне стен замка без сопровождения и официального дозволения, Артур чуть не погиб.
Какая глупость! – подумал он. Какая глупость! О чем я только думал? Разве же смог бы я управиться с охотой в одиночку, такой-то неумеха! Вот будут смеяться сэры рыцари.
Артуру было страшно. Он даже зажмурился, и нижняя губа у него задрожала, но мальчик одернул себя, открыл глаза и шумно втянул воздух через нос. Нужно успокоиться!
- Бой, - негромко позвал Артур, все еще не решаясь двинуться с места. Пес лежал на земле и тихонько скулил. Артуру стало до слез жалко старенького Боя: он ведь пострадал из-за его глупости! Мальчик сглотнул слезы и бросился к псу, тот поднял голову и едва заметно вильнул хвостом. В собачьих глазах читалось сожаление. Артур прижал пса к себе и поцеловал его мокрый нос.
- Прости, Бой, прости! – зашептал он. – Она уже убежала.
Пес, как будто поняв, о чем ему говорят, тут же привстал, пошатнулся, но устоял на лапах. Он лизнул Артура в мокрую щеку, но вдруг насторожился и зарычал.
Артур замер и прислушался.
Совсем рядом, где-то в кустах, растущих здесь, у озера, повсюду, тихонько скулил волк.
И тут Артур понял, что, возможно, его стрела попала в цель.
Эта мысль принесла ему еще плохо осознаваемую радость. Обрывочные мысли пронеслись в голове у королевского сына. А что, если… Моя первая самостоятельная охота… И волк. Один…
Но отец! Он обрадуется. Непременно!

Артур вскочил, подбежал к оставленному на земле луку, приготовил стрелу.
- Идем, Бой, - так же негромко сказал он псу, и тот послушно засеменил рядом.
Скулеж слышался все ближе, Артур держал лук наготове, осмелев от осознания того, что мог сразить волка в одиночку.
Волчица лежала у кромки кустарника, большая, с блестящей, черной как уголь шерстью. Стрела Артура торчала между ее лопаток, войдя довольно глубоко. Зверь дышал тяжело и рвано. Артур приблизился к нему осторожно, рядом шел настороженный Бой. Невольно восхитившись красотой поверженного животного, мальчик остановился, рассматривая его. Нужно было решить, что делать дальше. Волки – сильные животные, и если этот придет в себя, Артур еще может серьезно пострадать, и оглушенный Бой ему не поможет.
Нужно было выстрелить еще раз, добить, но Артур отчего-то медлил. Он поднял лук, готовясь пустить стрелу…

+2

6

Если кто-нибудь был знаком с Ингрид дольше одной недели, то этот человек твердо усваивал одну-единственную черту характера, которая проявлялась в волчице в каждой жизненной ситуации, начиная от простой охоты на кролика и заканчивая дракой – оборотень была упряма, как помесь древней старухи и деревенского осла. Самый жирный пушистый кроха всегда оказывался в ее цепких лапах быстрее, чем  вы успеете моргнуть, а в бою она давно приучила себя – если уж ты слабее своего противника, то и дерись так, словно тебе терять нечего. Используй любую возможность, малейшую лазейку, но никогда не склоняй голову перед тем, с кем дерешься – стой прямо, смотри ровно в глаза своему сопернику и не допускай даже малейшей возможности прочесть страх в твоих глазах. Никогда еще не было такого момента, что бы Ингрид – огромная, сильная, могучая и зубастая, как сами адские гончие, убежала с поля боя, поджав хвост.
И рада была бы оборотень сказать, что все на так произошло на этот раз -  что и врасплох застали, и замоталась она гоняться по полям да лесам… Отчасти, все именно так и было, а еще расклад подпортила противно жужжащая в спине стрела, вонзившаяся точненько в старый и очень болезненный шрам. Услышав треск кустарника, волчица резко подскочила и взвыла от боли в спине. Ингрид была полна решимости порвать в клочья горемычного охотника, вместе с его противным псом, а останки раскидать отсюда и до самого замка, дабы не повадно было больше. Встав на лапы, оборотень показала себя во всей красе – несмотря на отощавшие от долгих путешествий бока, она все еще была ростом с хорошую лошадь, с злобно горящими глазами и полной пастью острейших зубов. Из горла вырвался такой яростный рокот, что впору было молиться предкам о прощении всех смертных грехов. Да только охотник явно был не из пугливых – молодой, бесстрашный и совершенно не знающий о такой вещи, как базовый инстинкт самосохранения. Мальчик держал в руках лук с еще одной стрелой, а рядом ступал прихрамывающий старый пес, которого Ингрид недавно придавила своей далеко не самой легкой тушкой. И если от старого и матерого пса веяло опытом и уверенностью, то у мальчишки поджилки дрожали и весь вид так и кричал о том, что он это делает во имя какой-то великой цели. А какая еще великая цель может быть у, от силы, 12-летнего парня? Только доказать свою «взрослость», «значимость» и так далее по списку.
-Тьфу… Тоже мне – геройчик выискался. Такого-то и бить стыдно, только вот этот малолетний герой-самоучка сейчас прострелит мне легкое и прости-прощай жестокий мир и великая цель, привет Триединая.- с досадой подумала Ингрид и мотнула головой. Ей не хотелось вступать в драку с мальчиком еще по одной причине – волчице казалось, что этого мальчугана она уже где-то видела, и это чувство чесалось под  шкурой похуже любых блох. – А была, не была! Есть у меня один фокус, от которого у этого петуха глаза на лоб полезут. Ну и посмотрим тогда, что возьмет – хваленое воспитание Камелота, или впитанная с молоком матери истерика при виде магии.
Вместо того, что бы кинуться на своих противников, Ингрид дала волю накопившейся усталости и рухнула на землю. Ползком она добралась до выпирающей из-под земли коряги и, перекинувшись через нее, с ухмылкой призвала магию из глубин своего нутра. Магия в ней была непростая – она была частью Ингрид, как биение сердца. Магия в оборотнях другая, отличная от той, что используют колдуны. По телу пошла рябь, как по водной глади – этим всегда сопровождалось превращение, а потом тело затянуло в белую дымку, невесть откуда взявшуюся. Еще несколько секунд – и вместо огромной черной волчице на земле лежала молодая девушка, с торчащей из лопаток стрелой. Одной стрелой оборотня было не убить, но все же девушка была ранена и, судя по всему, стрела прошла в миллиметре от легкого.
-Прежде ты завопишь во всю силу легких «ВЕДЬМА», прояви хорошие манеры и вытащи из моей спины стрелу, которую ты столь любезно сам же и пустил в меня. А если потом тебя не хватит удар от увиденного, то мы даже поговорим.-прошипела Ингрид, хватая ртом воздух и скрючиваясь от боли.

+2


Вы здесь » Arthurian cycle: modern myth » Архив игры » Arthur and his little grey mystery; Eva, Arthur.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC